Стирая грань, где мысли живы,
Проклятой кровью выводя слова,
Одной судьбой…

Как ангелы в небе,
Парим над землей.
Я знаю что это…

На полянке, на припеке и с соломинкой во рту,
я с теплом прощаюсь летним, загрустив в лесном порту.
Провожатые толпятся…

Грешен, грешен, грешен, грешен…
В чём-то ты, Создатель ворог.
Я пробью все твои бреши…

Перебежками… пыли вращеньями…
Остановками к страху спиной…
То нехваткой…

Жизнь замерла,
Ночью жить тяжелей.
Непроглядная мгла…

Тебя уже не мучает вопрос :
А появилось ли бы больше смысла,
Была бы скатерть в ресторане чистой?

Я не солнце,
Я небо.
Рушусь…

Долго не хочется плыть по течению,
Мне бы вернуться от смерти к рождению,
Но, к сожалению…

Свадьба — счастье ты земное,
чуть не прошло стороною.
Но теплится…

И вот опять я томлен твоим взглядом,
Так хорошо, когда ты со мною рядом,
Я ощущаю трепет…

Ты знаешь, я забыл сказать,
Когда упало солнце мне в ладони,
Что в моей жизни…

- О как красиво он играет с жизнью!?
Воскликнул кто-то из толпы зевак.
- Он так небрежно…

Опушка старого леса
И звёздный дождь.
Зовёт одинокая…

Клетка моих костей — гробница птицы.
Руки моих плечей глухи и сонны.
Кто говорит — пустей…

Плачет под пером тетрадка.
Водочка на донышке…
Зря ноябрьская…

Тихо, тихо
По каменной кладке
Кошкой на крышу
И выше…

хотела быть загадкой для мужчины,
взрослА пословицей для юных дам,
глаза безумной кровью…

Опять все стены мира давят на меня
И воздухом сухим в тиски сжимают.
Вновь по аллеям…

Скромный труженик лицея,
Зёрна знаний в массы сея,
Жил у нас в стране…

Поля, дышАщие с рассвета
Последним осени теплом,
И ты, забытый…

Где-то там,
На подмостках больного сознанья,
Еле дышат…

Ночь опять мне криво усмехнулась,
Прошептала : «Ты её не жди».
Как Цирцея над тобой…

Нежных, ласковых, любящих,
Робких губ прикосновенье.
Так к тебе…

Ревность, от простуженного вторника, до сущего пустяка,
От взгляда легкого, до расставания на века,
От пустого равнодушия…

Он любил её так,
Что и слов было мало.
Он любил её так…

Просто осень гладит перья
Молодому воробью:
Далеко теперь…

Проснулось солнце, встал рассвет,
Улыбка Бога дарит свет,
Тьма расступись…

Как будто в выси горней, увядая,
сады невидимые облетают.
И, повторяя отрицанья жест…

Захлопнула дверь. Потушила улыбку.
- Мудак! – звук собственного голоса резанул по нервам не хуже циркулярной пилы, аж передернуло. Дура психованная.
Включила чайник…